В гости к аборигенам

I

Выехали рано, чтобы к полудню попасть в Поронайск. Нам предстоит преодолеть на автомобиле 320 километров по мокрой от осеннего дождя трассе. Хидетоши Кодзима – директор Хоккайдской ассоциации мини-волейбола, Ясуши Такуми – доктор педагогических наук, профессор Бункио университета (Саппоро, Япония) едут на север Сахалина впервые. В Южно-Сахалинске японская делегация приняла участие в международной конференции «Самобытные игры и национальные виды спорта народов Северо-востока Азии», организованной лабораторией региональных образовательных систем и педагогических технологий СахГУ. Кроме того, Такуми выступил с лекцией «Спорт в Японии» перед студентами японского отделения института экономики и востоковедения Сахалинского государственного университета. В свою очередь Хидетоши Кодзима уже во второй раз открыл международные соревнования «Кубок Сахалина» по японскому мини-волейболу, которые состоялись в прошедшие выходные при участии семидесяти команд – взрослых и школьников.

В областном центре гости посетили СДЮСШОР по восточным единоборствам, студию хатха — йоги Марины Михеевой. Побывали в краеведческом музее, поднялись по канатно-кресельной дороге на гору «Большевик», чтобы увидеть Южно-Сахалинск с высоты птичьего полета.

На сопке тории — храмовые ворота, которые обозначали границы поселкового храма Хигаси Сираура дзиндзя (1914). Сами тории были поставлены перед храмом в 1940 году, когда в Японии широко отмечали 2600 летие образования Великой Японской империи. На опорных столбах из бетона написано имя человека, пожертвовавшего деньги на строительство — Ямагио Такео.

К храмовым постройкам когда-то вели бетонные ступени, которые растащили на фундаменты домов. Нет и самого здания. Вокруг амфитеатром развернуты склоны, засаженные еще в советские времена лиственницей

Бетонная стела, уложена «на лопатки». На серой поверхности «пожертвования» — несколько монет достоинством от одного до пяти рублей. Японцы заметно оживились, увидев останки храма. Хидетоши, несмотря на возраст, смело передвигается по скользкой от дождя тропе, от одной плиты к другой, всматриваясь в иероглифы, но все же один раз, несмотря на опеку, не удерживается на ногах и пару метров скользит по мокрой траве в положении сидя. Вслед за ним подобную технику передвижения демонстрирует Ясуши Такуми.

В администрации муниципального образования «Городской округ «Макаровский» Коджима Хидетоши вручает медали и грамоты макаровским спортсменам. В «Кубке Сахалина» они заняли третье место в старшей возрастной группе, но уехали раньше, чем состоялась процедура награждения.

На встрече присутствовали Муслимова Галина Викторовна — зам. главы администрации, Луговая Валентина Васильевна — управляющий делами, Кон Юлия Михайловна — председатель ячейки сахалинских японцев в Макаровском районе, Колесниченко Ольга Викторовна — начальник отдела по делам молодежи и спорта, Рожков Владимир Иванович — директор муниципального учреждения «Макаровский молодежно-спортивный клуб «Виктория». В прошлом году при поддержке Департамента социальной защиты населения Сахалинской области японская команда в составе Араиэ Мицуо, Араиэ Каёко, Хонкэ Хиромичи, Хонкэ Киёко приезжала в г. Макаров, где посетила дом-интернат для престарелых и инвалидов. Они познакомились с условиями проживания пожилых людей, осмотрели тренажерный зал, медицинские и процедурные кабинеты, расспросили о видах медицинских услуг, а также навестили жильцов. Хиромичи Хонкэ — директор дома престарелых г. Отофукэ (Хоккайдо, Япония), которому очень хотелось увидеть, как живут сахалинские пенсионеры сказал тогда:

— В Японии все дома-интернаты частные, и пожилые люди полностью оплачивают проживание в них из своих сбережений. В России же, значительную часть расходов берет на себя государство. Условия проживания в макаровском доме-интернате достойные.

Он также сказал о том, что он и его супруга со временем собираются поселиться в японском доме-интернате, «чтобы не быть обузой для своих детей и внуков».

После экскурсии по дому-интернату гости побывали в макаровском социально- реабилитационном центре для несовершеннолетних «Огонек», в спортивном зале которого состоялся обучающий турнир по мини-волейболу. Среди игроков были люди с заболеваниями опорно-двигательного аппарата, но даже для них игровая нагрузка оказалась посильной.

Храм Сиритору дзиндзя, куда мы отправляемся после посещения администрации, был открыт 5 июля 1941 года в южной части Макарова на склоне сопки. Вдоль дороги, ведущей к храму, сохранились фундаменты восьми пар каменных светильников, оснащенных электрическими лампочками. Это достаточно крупное сооружение занимало площадь около 350 квадратных метров. К юго-западу от него, сразу за стадионом, находится японское кладбище.

Сверху открывается вид на заснеженные вершина горы Макарова, залив Терпения, и сам город, доминантой которого являются развалины бумкомбината. На обратном пути остановились у стелы 23 японским детям школы №1 г. Сиритори (Макаров), погибшим при пожаре в 1943 году. Памятник отреставрировали, оставив неизменным только японское подножие монумента. Посещаем городской сквер, в котором установлен бюст С.О.Макарову — русскому флотоводцу, океанографу, вице-адмиралу, почетному члену Общества изучения Амурского края. В начале русско-японской войны командовал Тихоокеанской эскадрой в Порт – Артуре. Погиб в 1904 году на броненосце «Петропавловск», подорвавшемся на мине.

— Цусима… — понимающе говорят японцы, услышав рассказ о русском флотоводце. История непросто складывающихся в начале 19 века отношений между Россией и Японией хорошо известна нашим гостям.

В администрации муниципального образования «Городской округ «Поронайский», нас встречают Павленко Дмитрий Иванович – зам. главы по социальным вопросам и Задиренко Елена Никифировна — начальник управления образования, культуры и спорта. Они приветствуют делегацию, и освещают программу визита. Во второй половине в спорткомплексе состоялся мастер-класс по мини-волейболу для учителей физкультуры общеобразовательных школ района. В показательных играх приняли участие дети коррекционной школы. Затем на площадку вышли педагоги. Игра понравилась всем.

— Ваши результаты будет лучше, если вы будете соблюдать девиз мини-волейбола, бережно относиться к команде соперников, развивать мастерство; а также обратите внимание на правила и подготовку и судей, чтобы избежать конфликтов, — сказал, обращаясь к учителям Хидетоши Кодзима.

В течение многих лет Хидетоши Кодзима являлся начальником комиссии по образованию г. Тайки. Два года назад, когда ему исполнилось 63 года, он вышел на пенсию и оставил прежнюю работу. По его словам, он собирается баллотироваться в мэры г. Тайки. Увлечением всей его жизни остается мини-волейбол, со своеобразными правилами, которые он сам и придумал. Сегодня число поклонников этой игры только в Японии составляет более 100 тысяч человек.

II

Отправляемся в п. Сачи на острове Южном. Японцы переодеваются в приготовленную для них теплую одежду — прохладно. Неподалеку от переправы разбит сквер, в котором находится памятник жертвам войны – аборигенам.

Южные ороки в 1905 – 1945 годах находились под японским управлением. Их ареал был ограничен районом у устья р. Поронай близ деревни Отасу. Их заставили взять себе японские имена, их дети должны были посещать специальную начальную школу для аборигенов, где в качестве обязательного предмета давали основы японского языка, включая и иероглифику. Некоторые ороки из числа молодежи устроились подсобными рабочими на небольшие предприятия или железнодорожные станции. Многие записались в японскую армию и были отправлены на фронт, где их нередко принимали за шпионов из-за знания русского языка. После второй мировой войны они были арестованы советскими властями, осуждены как военные преступники и отправлены в сибирские лагеря.

Инициатива в создании памятника жертвам репрессий среди народов Севера в центре о. Сачи принадлежит профессору Хоккайдского университета Танака Рё. В 90-е годы стела на пожертвовании японских граждан была установлена. Покидая печальное место, Хидетоши Кодзима застывает в почтительном поклоне.

Прагматичные японцы не могли оставить без внимания интерес своих соотечественников к жизни аборигенов.

В 1926 году на месте туземного селения японцы решили устроить показательный поселок. Японцы назвали поселок «Отасу но мори» (роща Отасу). Отасу пропагандировался на всю Японию, как естественный уголок жизни аборигенов. «Отасу но мори» состоял из двух половин. В одной жили ороки, в другой – нивхи. Недалеко от центра стояла школа и общественная баня. Со временем на Отасу проложили круговую дорогу для экскурсий многочисленных туристов, а семь семей из нивхского поселка построили себе дома японского типа. К 1934 году было построено 24 таких дома, в которых жили 113 человек.

Школа для аборигенов в Отасу, провозгласила свою миссию – воспитание чувства национальности, «духа взаимодействия и сотрудничества», «проведение профессионального обучения» и «развитие чувства упорства и исполнительности». Деятельность школы отражала усилия японского правительства, направленные на то, чтобы обратить айнов, нивхов, и уйльта в «истинных японцев». Детей поощряли говорить по-японски, принимать японскую пищу и обычаи.

По Поронаю из Сикуки в Отасу ходил паровой катер «Отасу – мари», владельцем которого был японец по фамилии Ниси. «Отасу – мари» был маленьким и маломощным. Поэтому во время отлива он подолгу не мог причалить к отасской пристани. Ниси был одним из первых, кто понял, какую выгоду он может иметь от перевозок туристов на остров. Билет стоил 40-50 иен. Туристы, особенно в летний период нескончаемым потоком ехали посмотреть на жизнь аборигенов. Наряду с японскими праздниками, отмечались и традиционные празднества, основным из которых, был, так называемый медвежий праздник.

После окончания боевых действий на Сахалине почти все аборигены покинули Отасу. Некоторые остались в Сикуку, другие разъехались по родным стойбищам…

III

В лицее — интернате №3 технологии традиционных промыслов народов Севера в который мы отправились, обучается 68 человек. 24 из них проживают в интернате. Кроме того, есть дошкольная группа – 12 человек. Дети из 6 районов. В качестве дополнительных предметов в учебный план включена технология пошива национально одежды. По окончанию школы дети получают специальность портного 2 разряда. На уроках изготавливаются сувениры с национальным уклоном. Обучаются работе на компьютерах.

Директор Мытин Валерий Львович угощает нас чай с теплыми ватрушками. Их пекут здесь же в образовательном учреждении.

В школе недавно завершился капитальный ремонт, появились новые трубы отопления и мебель, интерактивные доски. В интернате заново оборудованы спальные и игровые комнаты — в них много игрушек.

В классах учится от 5 до 12 человек. Наполовину это дети аборигенов: нивхов, уйльта, нанайцев, ороков: другая половина — русские дети из неблагополучных семей. Мальчика с черными кучерявыми волосами и смуглым лицом сюда на побережье залива Терпения привезла мама — воспитанница лицея, из Санкт-Петербурга, где она училась в университете им А.И.Герцена на отделении северных народов.

Педагоги показывают выполненные детьми рисунки, деревянные ковши, чашки, предметы из оленьей шкуры и меха. В образовательном учреждении действует программа по изучению и сохранению традиций коренных малочисленных народов севера. Она включает шесть направлений: изучение родного языка (уйльта), народные промыслы, краеведение, декоративно-прикладное искусство, изобразительное искусство с национальным уклоном, национальный спорт (борьба, стрельба из лука, прыжки через нарты, прыжки через длинную веревку, перетягивание каната – все они входят в северное многоборье – обязательный атрибут традиционных праздников народов севера).

Кибирев Василий Николаевич – выпускник Сахалинского госуниверситета встречает нас вместе с детьми в спортивном зале школы.

В зале чисто и светло. На стене вывешена ковровая дорожа, чтобы гасить скорость полета стрелы при стрельбе из лука. Дети обучаются навыкам натягивания лука, используя палки с навязанными на них резиновыми жгутами. Одновременно с ними две пары детей борются между собой. На поясах, за спиной закреплены матерчатые полоски. Кто первым овладеет ею, тот выигрывает. Пробуют бороться и девочки.

Профессор Такуми не выдерживает и вступает в единоборство с педагогом. Дети с любопытством следят за поединком. Василий овладевает пояском первым. Оба улыбаются, благодарят друг друга и жмут руки.

Урок носит тренировочный характер. Дети выполняют прыжки через «нарты» — сколоченные из дерева короба. Упражнения хорошо знакомы детям и они выполняют их с удовольствием. А вот вбежать под крутящуюся верёвку, а затем, выбежать из-под неё, совсем не просто. Кроме того, во время прыжков дети время от времени поворачиваются на 180 градусов. Здесь свою сноровку демонстрирует Хидетоши Кодзима, приняв участие в игре вместе с детьми.

В комнате учителя компьютер. Обучаясь заочно на отделении физической культуры и СахГУ, он выполнил на нем свою выпускную квалификационную работу по методике тренировки в единоборствах. Кроме работы в лицее, трудится в местной спортивной школе — преподает самбо. Думает о создании семьи. На сэкономленные средства купил в Поронайске маленькую квартиру.

Хидетоши Кодзима передает несколько мячей для мини-волейбола в подарок учителю.

— Василий – сан талантливый человек, — говорит Хидетоши Коджима.

IV

Южные уйльта (самоназвание — уйльта) – суннени (ороки, орочи) издавна в весенне-летний период занимали земли в районе залива Терпения и р. Поронай, откочевывая на зиму в Восточно-Сахалинские горы, где в верховьях рек занимались охотой мясной и пушной. Длительное время, живя на морском побережье, уйльта естественно занимались различными морскими промыслами, кроме ловли рыбы, включающими охоту на морского зверя, сбор морской капусты и разнообразных ракушек. К концу XX века, территории расселения уйльта подверглись значительному сокращению почти на 90 %. Этот процесс происходил параллельно с сокращением численности народа.

В настоящее время места компактного проживания уйльта — с. Вал и п. Ноглики Ногликского района и г. Поронайск.

Вдоль залива Терпения расположено 13 родовых хозяйств уйльта и представителей иных народов (в т.ч. и переселившихся в 1947 году нанайцев из Хабаровского края) и родовая община «Тый» — эти хозяйства образовались первыми) – имеют свои участки для рыбного промысла и постройки хозяйственных цехов по переработке рыбы. Из них действующими являются 10 хозяйств. В соответствии с принятыми нормами, ставить промысловые ловушки можно с интервалом 2 км.

Каждый год здесь происходят изменения в расположении участков хозяйств. Все больше уйльта желают начать предпринимательскую деятельность, настаивают на выделении новых территорий или перераспределения старых.

Занимаясь традиционными видами деятельности, характерными для их предков, эти люди получают материальную и духовную поддержку для жизни, которая всегда была ориентирована на традиционные средства существования и жизнеобеспечения, связанные с рыболовством, охотой, промыслом морских млекопитающих, оленеводством.

Переезжаем реку Таран. На местном наречии – Кенга. За рулем джипа Алексей – управляющий родового хозяйства, куда мы направляемся. Открытое, доброжелательное лицо.

— Доставал медведь … Приходят вслед за лососем — кормиться. Зимой ставим вентеря на озере, ловим корюшку и навагу … Оленеводческих родовых хозяйств уйльта сейчас вообще нет. Зимой пользуемся снегоходами.

Соседние нивхи считали, что уйльта, прежде всего, хорошие охотники, и признавали охотничье мастерство их мужчин. Мясо животных было питательным и ценным, т.к. в нем содержались все необходимые вещества и витамины. Охота на медведя была самым большим событием в жизни охотников и обитателей стойбищ уйльта.

Хозяйственные постройки горели, но выстроены вновь. На территории имеется банька. Навалом лежат рыболовные сети. Стоит видавший виды КамАЗ. Лодки с деревянными и металлическими корпусами лежат кверху дном. Пес — сильный и подвижный с крутыми дугами ребер по бокам стремительно передвигается между нами, выясняя обстановку.

— Лосось кончился, похудел, — спокойно говорит хозяйка, — маленькая, сухонькая женщина.

Знакомимся. Людмила Хомовна Минато – хозяйка родового хозяйства. Она ведет нас в дом. У крыльца на рогатине висят утки, добытые Алексеем накануне. В гостиной большой обеденный стол, за которым может поместиться сразу полтора десятка человек. Вешалка для верхней одежды. По углам необходимые в хозяйстве вещи – короба, канистры, мешки, снасти, обувь, дубовые веники. Декоративных панно на стенах. На чердак ведет лестница. Там под крышей спят рыбаки во время хода лосося. Одна дверь ведет в кухню с большой печью и столом для приготовления пищи. Во второй комнате, предназначенной для отдыха, у стены стоят ружья, отделанные под цвет осенних листьев и травы.

Пока готовится обед, гуляем по берегу моря. Для профессора Такуми его первая поездка на Сахалин волнующа вдвойне. В Углегорске родился его отец. Вместе с родителями в 1945 году ему пришлось покинуть Сахалин. Сейчас ему 83 года. Он проживает также как и Ясуши Такуми в г. Энива, неподалеку от Вакканая.

— В море пусто. Нет лодок и немного грустно, — говорит Коджима, оглядывая окрестности.

Время рунного хода лосося завершилось. Крупные, пустые раковины лежат на берегу. После шторма обитатели родовых хозяйств выходят на берег собирать гребешок. «Все что дает море, человеку необходимо», — говорят сами уйльта.

С соседнего хозяйства на берег скатывается стая мелких собак, но останавливается на расстоянии. Территорию свою хорошо знают не только хозяева, но и их четвероногие помощники.

Людмила Хомовна Минато — автор букваря для 1 класса на языке уйльта. Она работает в лицее и обучает детей родному языку.

Несколько десятилетий шел процесс забвения опыта предков уйльта. Умирают последние носители их языка и обычаев. Наконец, в казалось бы, сильно деградированном обществе возникает чувство необходимости делать так, как делали давние предки, так как это сохраняется в «коллективной памяти» малочисленного народа.

А ведь первоначальное общение приезжих с материка и уйльта начиналось совсем не так. Бережное и осторожное доброжелательное познание иной этнической среды, иного образа жизни – именно это было характерно для первых исследователей, которые попадали волею судьбы на Сахалин в XIX-XX веке. Прежде всего, это относится к сподвижникам Г.И.Невельского, тому же И.Б. Пилсудскому, начавшему объективное изучение жизни малочисленной инородческой общности. Ему естественно приходило в голову, что детей надо просвещать и обучать, но не диктовать же целому обществу новые правила жизни.

Сын Людмилы Хомовны Минато делает из кетовой кожи замечательные миниатюрные панно – композиции отражают природу удивительного края. Вот «Хозяин тайги» – медведь среди кустарников. Другая композиция с названием «Вечереет» — раскрывает осенний напряженный пейзаж переходного времени.

По моей просьбе Людмила Хомовна Минато рассказывает сказку на языке уйльта. Неподвижное лицо расцветает, делается подвижным, глаза становятся шире, меняются интонации, в голосе чувствуется вдохновение.

— Что вы нам рассказали? — интересуются гости.

— Это сказка по курочку — рябу…— говорит Людмила Хомовна и скромно улыбается. Мы дарим рассказчице аплодисменты

Затем она исполняет спокойную и красивую мелодию на айнском музыкальном инструменте, который называется канчай.

Джабарова Надежда Владимировна – учитель технологии. Вместе с Людмилой Хомовной они в 2009 году стали лауреатами областного конкурса «Учитель года». Она тоже приехала сегодня с нами в родовое хозяйство. Надежда Владимировна являлась участницей 2-го съезда аборигенов Амура и Сахалина, который проходил в Хабаровске.

— Народ сохраняется, если есть родной язык. Нивхский язык — одиночка. Я хочу, чтобы мы были не просто нивхское население – а говорящее население. История культуры народа тогда сохраняется, если есть язык, когда она может быть записана. Меня очень волнует проблема сохранения нивхов, как этноса.

На столе икра, тертое варенное мясо горбуши с брусникой, пирог с рыбой, настойка из шиповника, рябины и усиков морошки.

Тамара Дмитриевна Фенько – учитель истории. В советское время находилась на партийной работе. Немало усилий приложила она для возрождения родовых хозяйств в Поронайском районе. Приехала из Николаевска-на-Амуре вместе с родителями в 1948 году.

— Жили вместе с японской семьей. Как дети мы сошлись очень быстро, вместе играли. Сохранилось много впечатлений от общения с японскими детьми. Дружили, многому научились… Японцы делали рисовую муку, кормили нас. Военные дети – голодные дети. Часто нас разделяет политика, но мы, встречаясь, должны вести себя как люди на нашем маленьком земном шаре. Вы учителя и мы учителя. В таких встречах мы лучше понимаем друг друга, когда поступаем по-человечески.

— Она у нас рыбачка, В свои семьдесят лет сама ставит сетку, ловит рыбу, рубит дрова, — говорит про нее Надежда Владимировна, а та в ответ отмахивается рукой и улыбается.

Хидетоши Коджима поблагодарил всех присутствующих за встречу:

— Спасибо за то, что вы нас пригласили. Россия и Япония — ближайшие соседи. Для нас большая честь быть здесь с вами. Спасибо, что вы сохраняете культуру народов Севера. Приятно когда дети улыбаются в ответ вашим усилиям. Мы это хорошо чувствуем. Улыбки детей всюду одинаковы. Мы как взрослые должны создавать для детей лучшее будущее. За то, чтобы наша дружба развивалась. Время вместе с вами течет плавно, в дружеской обстановке и я счастлив.

— Я очень рад встрече. Она согревает мое сердце, что чуть не заплакал. Я рад тому, что среди суровой природы живут такие доброжелательные люди… — сказал Ясуши Такуми.

В администрации, куда мы вернулись, после поездки на о. Сачи, состоялся традиционный обмен сувенирами. Хидетоши Коджима отметил:

— Благодарю за теплый прием, который вы нам оказали. Несмотря на то, что я в четвертый раз на Сахалине, я получил много новых впечатлений от этой поездки. Вчера в спортивном зале я волновался, смогут ли дети играть в мини-волейбол. Я увидел, с каким интересом и блеском в глазах играли дети и их учителя и я очень рад. Надеюсь, что мини-волейбол все больше будет соединять нас вместе — Россию и Японию. Когда мы были в лицее, меня порадовала система организации. Все упорядочено, и прекрасно работает, несмотря на то, что он маленький. Я увидел как дети и учителя поддерживают родную культуру. Все вместе стараются её развивать. На Хоккайдо есть айны, но долгое время они не берегли свою культуру, не имели своего языка. Сегодня мы можем подсказать, побывав у вас, как эту проблему можно решать и на Хоккайдо, сохраняя культуру айнов. Благодарю вас за то, что я смогу увести с собой эти приятные воспоминания. Я буду молиться за то, чтобы наша дружба развивалась. Приезжайте в Тайки.

Ясуши Такуми также высказал свое мнение:

— Мне показали много новых мест, и я в долгу за это. Я в первый раз в России и не предполагал, что эта поездка будет такой насыщенной. Мне радостно видеть детей, которые играют в мини-волейбол и другие игры. Прием, который вы нам оказали в родовом хозяйстве, тронул мое сердце. У нас тоже есть такие места, где сохранилась культура, но они находятся близко к большим городам. Хорошо, что люди могут жить в природе, как и много веков назад. Я почувствовал, что хотя я встретился с ними в первый раз, я знаю их много лет. Есть японская пословица – «в этой жизни люди встречаются один раз и необходимо ценить этот момент». Смысл этой пословицы в том, что даже если с этим человеком вы никогда больше не встретитесь и никогда больше не увидитесь, его теплый образ будет всегда с вами. Благодарю за посещение вашего района. Приезжайте на Хоккайдо, будем вместе играть в мини-волейбол и посещать культурные очаги Японии. Это поможет нашему сотрудничеству.

Возвращаемся в Южно-Сахалинск. Погода благоприятствует путешествию. Всюду разлиты чистые и ясные краски. Все притягивает взгляд — море и сопки с заснеженными вершинами, прибрежная полоса, вымытая приливом, густые стаи лебедей в наступающих сумерках стремящиеся на юг…

Оставьте комментарий

Можно использовать следующие стили оформления: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.